Именно она, конкретная, зримая и весомая, против которой невозможно никому усто­ять – ибо невозможно противиться тяжести камня, лежа­щего на вашей ладони, – и есть истинная причина измен­чивости в природе, дорогой мой профессор в отставке; она, а не эфемерная, и неощутимая на ладони борьба за существование вашего Дарвина!

А н д р е й В и к т о р о в и ч(решительно вставая из-за стола, брезгливо выпячивая губу). Нет, это что-то не­вообразимое и доморощенное! это плевок в лицо целой науки! говорить о первопричинах вещей на таком прими­тивном уровне, я, извините великодушно, не в состоянии! у меня, в конце-концов, три сотни с лишком печатных работ; я, в конце-концов, профессор, а не какой-нибудь шарлатан, имеющий два класса образования!

Б р о н и с л а в а Л ь в о в н а(не зная, что же сказать, скороговоркой). У нас и дипломы за изобретения на сте­нке висят! мы сорок лет, верой и правдой, науке служим; а ежели когда через таможни лук провозили…

Явление пятое

Калитка со скрипом распахивается настежь, и во двор вбегает Н и н е л ь Ф р а н ц е в н а Б р и т о у с о в а, необычайно рассерженная и агрессивная. За собой она катит тележку, нагруженную товаром для тор­говли на рынке; кое-где из этой поклажи выглядывают рыбьи головы и хвосты.

Н и н е л ь Ф р а н ц е в н а(угрожающе направляясь к И о с и– ф у Ф р а н ц е в и ч у). Aга, вот он где, явился – не запылился! возвратился наконец со своей со­бачьей прогулки! накрутил собакам хвосты, находился по своим узким тропинкам, насозерцался красот природы и моря, нафилософствовался и наверняка разгадал еще какую-нибудь мировую загадку!